18+
Кто хочет жить вечно? В конце останется только один!
Если в вашей душе что-то всколыхнулось от этой фразы, знайте: мы ждём именно вас! Хотите окунуться в мир, где живут и умирают бессмертные? Настало время Сбора, когда под ударами мечей падут головы и изольётся животворная сила.
Обычные же граждане реального мира и не подозревают о существовании бессмертных, и лишь наблюдатели ведут свои хроники, действуя максимально скрытно.
АВТОРСКИЕ НАБЛЮДАТЕЛИ ПРИНИМАЮТСЯ ПО УПРОЩЕННОМУ ШАБЛОНУ!

РАЗЫСКИВАEТСЯ

Вечность — наше настоящее

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Вечность — наше настоящее » Настоящее » Мне?! Вас?! Забыть?! Да мне бы сначала запомнить!


Мне?! Вас?! Забыть?! Да мне бы сначала запомнить!

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://kleinburd.ru/news/wp-content/uploads/2017/10/00s-84.jpg

Время действия: 2014 год, март.
Место действия: США, Нью-Йорк.
Действующие лица: Аманда Блайд, Ватарэ Фудзита.

0

2

Иногда нужно отдыхать, просто отдыхать, забыть про все рабочие дела и вспомнить, что за окном кипит жизнь, а на календаре уже весна, хоть по погоде этого и не скажешь. Последние дни, а может, и недели были для Блайд сложными, даже критичными, ибо по чьей-то злой шутке мир взял, и с ног завалился набок, а может, и вообще на голову встал, черт его пойми, а вдруг это просто усталость и игра воображения? Девушка тряхнула головой, пытаясь изгнать из сознания все мысли и воспоминания, которые ну ни как не хотели забываться или хотя бы тускнеть, даже ледяная вода не помогла сосредоточиться. Француженка подняла голову и посмотрела в зеркало. На мгновение её показалось, что она видит в отражении не себя, а несчастную застреленную. А потом вновь все эти голоса и перешёптывания, может, и правда, именно так начинается шизофрения?
  - Как же я устала, - выдохнула девушка и присела на край ванны, разглядывая свои ладони. Сегодня ей спалось откровенно отвратительно: жуткие кошмары, отрезанные головы, трупы, взрывы, в голове смешалось всё, что только могло смешаться. Аманда уже не просто устала от этого, ей надоело неведение, хаос, какие-то обрывки непонятно чего, и тот факт, что все жалеют её, списывая всё на переутомление. Но ведь она видела, правда, видела этот чертов труп азиатки, слышала выстрел, а полиция ничего не нашла, чертовщина какая-то. Блайд вновь с силой тряхнула головой, надеясь, что сможет просто вытрясти всё эту чушь или, может, теперь она уложиться в одну общую картинку, но нет.
Нужно было отвлечься, развеяться. Она уже подумывала взять билеты на самолёт и полететь на какой-нибудь курорт в Альпах. А что, искристый снег, свежий воздух, улыбающиеся люди, горячий шоколад, может смена обстановки сможет убедить разгорячённое сознание, что это всё ей привиделось, приснилось в очередном кошмаре или же вообще, это какой-нибудь отголосок скрытого птср, которое зародилось из-за посещения горячих точек.
Девушка уже подошла к ноутбуку, намереваясь заказать билет в один конец, когда взгляд упал на брошюру музея. Одна из давних знакомых не так давно полностью сменила композицию одного из залов и просила Аманду как-нибудь зайти, посмотреть, а по возможности и очерк краткий чиркануть. Конечно, выгодный для музея подтекст просьбы был весьма явным, но журналистку это не смущало. Ведь чтобы отвлечься от беспорядка в голове, нет способа лучше, чем погрузиться в мир искусства! Даже если всем кажется, что ты великий искусствовед только потому, что можешь часами стоять и разглядывать старые картины, попеременно наклоняя голову в разные стороны и всего лишь подмечая про себя сочетание цвета, тени, и т.д., что без проблем доступно любому смертному, пусть они этим и не пользуются. Что же, выбор стал очевиден, и вместо заказа билетов девушка вызвала такси.

Отредактировано Аманда Блайд (2018-08-04 22:18:44)

+1

3

Ватарэ взяла меч за рукоятку, обтянутую акульей кожей и оперла острейший срез лезвия на два пальца, затянутые в белую ткань перчатки. Со всем изяществом, присущим лично ей и аккуратностью профессионала она, с легкостью лавируя на восьмидюймовых каблуках, спустилась с подножки и передала экспонат прямиком в футляр работникам музея. Демонтировать одну выставку ради другой ей приходилось впервые. Особенно учитывая, что никакой «другой» выставки не будет, ведь Ата отошла от семейных дел настолько далеко, насколько это можно было себе позволить, не жертвуя некоторым прикрытием. Да и настрадались мечи Муромаса, некоторое количество покоя в темноте и тишине им не помешали бы.
В конце концов, у молодой Фудзита появился совсем другой объект для исследований.
Спасибо, Натали. Это был последний, – японка благодарно улыбнулась и подписала документы на транспортировку. – Могу я осмотреть остальную экспозицию?
Конечно, она могла. Ей даже не пришлось бы спрашивать, но Ватарэ была не так воспитана, и не позволила бы себе подобного неуважения. Став бессмертной, она еще острее ощутила на себе груз важности и ошибок истории. И хотя «от роду» ей было лишь несколько месяцев, и самые жестокие уроки узнать – дело будущего, Фудзита всегда обладала высокой чувствительностью и тонкой интуицией. Это помогало ей выжить в Японии. Это сохранит ее голову сейчас.
Ей отчаянно не хватало информации: искать след одной единственной женщины, спустя более четырехсот лет представлялось возможным только с помощью Всевышнего и никак иначе. История Северной Америки была ей знакома в общих чертах университетского курса истории, чтобы понять, как могла женщина племени шауни оказаться в Шотландии  шестнадцатого века, этого было мало. Необходимо было владеть историей Новой Англии, будто бы ты вершил ее сам. Но девушку это не пугало. Напротив: интрига и смешанные чувства, которые она испытывала к МакЛауду, а так же все трагедии прошедших месяцев наталкивали на мысли, что именно в этих поисках Ватарэ найдет успокоение и новое начало. Объяснить это было очень непросто и пока справляться приходилось самой.
Японка сделала несколько пометок в ежедневнике, глядя на тамагавки в витрине, и с сожалением оставила экспозицию в покое: никакого намека на связь с Шотландией. Она уже начала штудировать архивы и жалеть, что в сутках не 30 часов.
Закончив в музее, Фудзита спустилась в холл музея, на ходу натягивая тренч и по невнимательности столкнулась с идущей навстречу женщиной.
Приношу свои извинения! – Ата, точно по шпаргалке, перешла сначала на японский, затем на английский, поклонилась и побежала дальше, все еще пребывая в раздумьях над своей проблемой. Какое уж там узнать, она и посмотреть на свою нечаянную жертву толком не удосужилась.

+1

4

По будням, как это всегда бывает, в музее было не так уж много людей. В основном школьные экскурсии и одинокие туристы или же любители искусства. Войдя в теплое помещение девушка повела плечами и осмотрелась. Всё было как обычно, динозавры не ожили, а безвольные рабы не несли к мумиям фараонов кучи котиков. Что же, мир продолжал и дальше жить, словно бы ничего не изменилось, словно, и правда, вся проблема были лишь в этой безумной голове. Почесав затылок и ещё больше растрепав короткие волосы, Аманда неторопливо направилась по кругу, осматриваясь, вежливо улыбаясь работникам музея, в особенности тем, с кем когда-либо пересекалась по работе. Девушка достаточно быстро погрузилась в свои мысли, перестав обращать внимание на происходящее вокруг, цепляя чужие действия лишь периферическим зрением, в какой-то момент в голову даже пришла гениальная мысль пристроиться в хвост какой-нибудь экскурсии. Конечно, она уже слишком давно не была школьницей и никоим образом не претендовала на сей статус, но опытный экскурсовод с широким кругозором и подвешенным языком умел завлечь любого и унести в удивительный мир конкретной выставки или же целого музея. Хотя, этот музей сам был словно необъятный мир, зажатый между крышей и бетонным фундаментом. Правда, жаль, что по ночам экспонаты оживают лишь в кино, а в реальности такого не увидишь.
  Француженка улыбнулась в ответ нарисованному парню с чудаковатой картины и уже собиралась направиться в интересующий зал, когда кто-то миниатюрный врезался в неё. Восточная девушка вначале извинилась на незнакомом языке, вроде бы японском, а затем на английском, вежливо поклонилась, чем лишь укрепила догадку о японском и пошла дальше. Блайд уже было открыла рот, чтобы сказать, что всё нормально, это она, сама дурак, на картину засмотрелась, вот только слова так и не слетели с губ. Ибо она застыла, уставившись на незнакомку так, словно та только что открутила себе голову и положила себе в сумку.
В итоге журналистка кое-как взяла себя в руки и смогла лишь что-то промычать и покивать головой, мол, всё нормально, хотя азиатка явно не обратила на это внимания, двинувшись дальше. Аманда проводила девушку взглядом, да так и осталась стоять на месте, не в силах не то что двигаться, а даже адекватно соображать. Хаос в голове, казалось, достиг апогея, хотелось одновременно догнать незнакомку и сегодня же уехать из страны, а лучше вообще покинуть континент.
«Эээто что сейчас вообще было? Призрак, косплей, розыгрыш, меня снимает очень скрытая камера? Я тоже погибла или в психушке, а может, кто-то подкинул в мою пиццу экспериментальной наркоты? – девушка медленно повернулась на каблуках и вперилась взглядом в чужую спину. – Нееет, я точно сплю или крышей уехала. Я же видела, видела! Мать вашу! Видела, как ты умерла! Фуд... Фудзияма... Фудзията, бляха, совсем вместе с мозгом память отшибло».
Блайд бы, наверное, так и продолжила стоять на месте, ошарашенная восставшей из мёртвых, клоном или близняшкой азиатского искусствоведа, которая месяц назад открывала выставку в Берлине, кстати, та же была японкой, точно!
  Мозг отчаянно пытался обработать информацию, память услужливо выдавала флешбеки мертвого тела, застреленного в грудь, маленькое кровавое пятнышко расплывается на одежде и становится всё больше. Психика треснула и ломилась, не в силах выдержать нагрузки. Единственно верное решение, которое импульсом отразилось в сознании и тут же было исполнено, помогло осознать, что это всё-таки реальность, правда, легче от этого не стало. Тогда девушка повторила это решение и вновь ущипнула себя за руку, на этот раз посильнее. Было больно, но призрак убитой искусствоведа никуда не исчез, а жаль. Но, она точно не спит и не под галлюциногенами.
В голове отчаянно боролись два варианта, один был зовом первобытного инстинкта и приказывал бежать домой, хватать чемодан и лететь к родственникам в Европу, а другой, рожденный любопытной человеческой натурой и профессией, подталкивал подойти поближе, заговорить, сломать предсказуемость и хотя бы попытаться узнать ответы. Аманда колебалась, колебалась до последнего, пока рука не полезла в сумку в желании нащупать телефон и всё-таки заказать билеты на самолет, но вместо этого нашла рабочий блокнот. В этот момент второй вариант победил, ох уж эта чёртова журналистская привычка докапываться до истины. Быстро выудив блокнот, она направилась прямиком к азиатке, чью фамилию так и не смогла толком вспомнить, по дороге девушка достала ещё и рабочее удостоверение, дабы подкрепить ещё не родившуюся байку реальным фактом.
  – Простите, – журналистка аккуратно тронула незнакомку за локоть, заглядывая ей в глаза и при этом прилагая все силы, чтобы не закричать и не убежать с поднятыми руками, –  я провожу небольшой опрос для статьи, – в ход пошло удостоверение, которое ещё ни разу её не подводило. – Могу я задать несколько вопросов? Это не займет много времени.

+1

5

Каблуки скрипнули, не ожидавшие от хозяйки такого стремительного поворота и остановки; Ватарэ едва успела поймать равновесие, напуганная неожиданным приближением и прикосновением, все ещё погруженная в свои мысли и планирующая несколько дел одновременно. В первую секунду, японка решила, что совершила нечто непоправимое и соболиные брови испуганно взлетели вверх, а на лице появилось выражение почтительного внимания. Она непонимающе смотрела и на девушку, и на показанное удостоверение, стараясь успокоить картину своего мироздания, едва не треснувшую по кусочкам.
Нервная она стала. Дрожит от каждого шороха. Неужели это и есть участь бессмертной: жить в ожидании, в постоянном страхе смерти от чужой руки? Неужели таинственный Приз стоит того?! Нет, этого не может быть!
О, вот как? Таймс? – Ата обезоруживающе улыбнулась, поворачиваясь к журналистке грудью. – И каков же предмет вашей статьи, если не секрет? Чем я могу быть вам... О, простите мне мою бестактность, я – Ватарэ Фудзита. Большое удовольствие быть представленной представителю такого именитого издания, как Таймс, мисс Блайд.
Ее с детства учили почтению, умению себя вести, но только юность ей принесла мастерство держать лицо в любых нестандартных ситуациях. Нечто странное, тревожное металось у Фудзита в душе, но уличить смертную (а это была именно она) в угрозе Ватарэ не могла, а подвоха пока не чувствовала. Что не значило, будто он отсутствует напрочь.
Могу я предложить вам кафетерий напротив? После ланча меня ждёт ещё множество неоконченных дел, – в Японии подобная фраза была бы непростительной грубостью, но в Америке отлично знали цену времени и деньгам, и не видели ничего дурного в обозначении временных границ.

+1

6

Азиатка обернулась, смутилась, возможно, даже слегка испугалась, и-и-и... не узнала журналистку. В обычные дни на Аманду сей факт мог бы произвести совершенно иное впечатление, однако сейчас противоречия в голове девушки достигали своего апогея. А что, если она ошиблась? Что, если то не та девушка, или тогда, и правда, произошел лишь тупой и абсолютно не смешной пранк? Но отступать уже было некуда, раз уж ты ввязалась в игру, то либо иди до конца, либо бесследно исчезай, стирая доказательства своего существования. Вот только в этот раз Блайд не собиралась принимать чужие правила в полной мере, намереваясь диктовать и навязывать свои, ибо для чужой тайны нет ничего более страшного, нежели возможность разоблачения или хотя бы малого движения той плотной завесы, что хранит секреты от чужих. А ведь француженка именно это и собиралась сделать, собиралась если не влезть под эту завесу, то сдернуть её с головы тех, кто столько лет хранит тайны. Ох уж эта журналистская натура, делающая облачение правды чуть ли не смыслом жизни тех, кто избрал для себя изощрённый путь тех, кого раньше столь красноречиво звали софистами.
  «Фудзита, значит. Не думаю, что это такая уж распространенная фамилия, среди искусствоведов, тем более, – девушка быстро отлистала блокнот на месяц назад, имя совпало. – Либо это слишком изощренный и продуманный прикол, либо моя крыша всё-таки пока ещё не дала течь».
Хоть внешне она и оставалась спокойной и приветливой, внутри же девушку разрывали на части страх, непонимание, интерес и окрепшее безумие. Хотелось расхохотаться прямо в фарфоровое лицо азиатки и с безумным взглядом тыкнуть пальцем ей в грудь, туда, где должна была остаться дырка от пули, крикнуть что-то из области: «Ты же умерла, черти тебя дери, умерла!». Но Аманда не могла себе этого позволить, дозволяя лишь смятению и некоему безумию отразиться где-то в глубине карих глаз, в случае чего, сославшись на усталость и последствия тяжелого гриппа, которого, конечно же, не было, но кому об этом известно?!
Ничего, – она мягко улыбнулась, прилагая все силы, чтобы не оскалиться и всё-таки не начать тыкать пальцем в Ватарэ. – Меня попросили написать очерк о новой выставке или выставках, – журналистка опустила взгляд, делая вид, что шарится по блокнотику в поисках информации. – К сожалению, знакомая второпях не очень точно выразилась, но упомянула о молодой искусствоведе из Японии, – обезоруживающая улыбка обычно не подводила свою обладательницу, да и сейчас вроде как не подвела. – Правда, я надеялась найти вас в зале, но, человек предполагает, а судьба располагает. Конечно, как вам будет удобно, – Аманда быстро спрятала в сумку удостоверение и направилась в сторону кафетерия, сопровождая телесный призрак. – Простите возможную бестактность, собираетесь ли вы задержаться с выставкой в Америке и посетить другие крупные города, или же тур будет таким же непродолжительным, как и в Европе?
  Кто-то очень умный когда-то научил девушку, что если ты знаешь или подозреваешь больше, то никогда нельзя выдавать всю информацию сразу, нужно цедить её по крупицам, при этом внимательно наблюдая за реакцией. Вот и сейчас Блайд не собиралась спрашивать в лоб, какого рожна Ватарэ ещё не похоронили под сакурой, хотя очень хотелось. Девушка решила начать с информации, которую без проблем можно было найти в интернете, не пользуясь даже второй страницей с результатами поиска от Гугла. Современный народ порой излишне цепляется за искусство, перелагая на него всю ответственность за определённые моральные, и не только, моменты.
Хороший журналист всегда наготове, – быстро пояснила свой вопрос француженка, при этом не уточняя, какой именно подтекст она вложила в эту фразу.

+1


Вы здесь » Вечность — наше настоящее » Настоящее » Мне?! Вас?! Забыть?! Да мне бы сначала запомнить!


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC